grigoriyz | Николашка (из цикла однокурсники) (Reply)

Колю я помню ещё с "абитуры". То тесть с того же самого времени, когда мы познакомились с Антошей. Но с Колей мы оба тогда ещё знакомы не были. Я только слышал вокруг восхищённые возгласы: мол вот этот Коля прямо всё знает. Ещё подобное говорили об Оле, оказавшейся потом в нашей группе. И что интересно: оба они ничего великого в плане учёбы потом не показали. Хотя Коля выглядел таким правильным плакатным мальчиком с открытым советским лицом и ясным взглядом. Ну то есть такой прямо отличник отличником.

Почему-то я его не помню на дне студента 31-го Августа. Возможно он просто ничем таким там не отличился. Кроме того, все парни из группы пошли там на просмотр кинофильма, который я уже смотрел и мне он не понравился. А я к тому времени был настолько независимым, что решил не ходить.

Олежка, будучи вроде бы человеком в принципе добрым, как-то сразу Колю невзлюбил. Когда на первом практическом занятии по "вышке" того вызвали к доске и он ничего толком не мог там написать, Олег мне шепнул "Этот Коля - нулевой" (так мы называли в то время людей с нулевыми знаниями). В другой раз Олег рассказал как случайно попал на ВДНХ и вдруг вдалеке увидел каких-то лимитчиков, которые друг-другу ставили подножки, отвешивали пендели и дико ржали. Приглядевшись он узнал в этой толпе Колю. Ещё я заметил, что в одной компании Олег с Колей буквально никогда не оказывались.

Он был в нашей группе единственным студентом из простой семьи, хотя и с понтами. В самом начале первого курса, ещё не зная толком ребят, он вдруг гордо заявил: "У меня отец был макетчиком высшего класса, у него было собственно клеймо!". В нашей группе учились дети либо всякого начальства, либо там парторгов - профоргов крупных учреждений. Поэтому никто ему ничего не ответил, но все посмотрели как-то недоумённо, а мысленно, наверное, покрутили пальцем у виска.

В общем Коля в группе числился вахлаком. Жил он с матерью и старшим братом - студентом Инженерно-Физического института- МИФИ. Отец у него умер, когда тот был ещё подростком. С шестнадцати лет Коля начал работать продавцом мороженого в палатке.

Помнится однажды он подошёл ко мне и спросил: "Гриша, тебе магнитофон нужен?". Я подумал, что он продаёт подержанный и решил уточнить: "А какой?". На что тот спокойно ответил: "Ну какой скажешь, такой и своруем!"

Занятия по физкультуре у нас проводились на стадионе "Торпедо". Там мы сдавали вещи в гардероб. И вот как-то Коля, маясь в ожидании товарищей, решил прикопаться к гардеробщице. Сел неподалёку и стал спрашивать: "Мать, как дела?". Но фишка в том, что зарплаты там были неплохими и работали порой люди уровня кандидатов наук, вышедших на пенсию. Подобными понтами их было не пробить. Короче женщина в его сторону даже не взглянула. Тогда Коля чуть попозже почти обиженно повторил свой вопрос: "Мать, я спрашиваю как дела?". Но та ему так ничего и не ответила.

Нам было только лишь семнадцать лет и меня сперва очень удивило, что мать покупает Коле сигареты. Потом, когда однажды мы с Ханом приезжали к нему в гости, я удивился, что он на мать прикрикивает. Мать была простой, тихой, забитой женщиной. Сыновьями она явно гордилась.

Две наши знакомые - Оля и Ира - одна однокурсница, другая с вечернего отделения нашей же специальности, знали Колю ещё со времён детского сада (Уж не знаю как у них это так ловко получилось пройти синхронно через все этапы жизни). Рыжеволосая миловидная Оля потом была какое-то время Антошиной женой. Это с ней он потом будет каждый день ругаться. Так вот Ира мне рассказывала, что Коля был когда-то очень ласковым и правильным мальчиком. В детском саду на утренниках носил белую рубашку с большой бабочкой. Но потом, ближе к старшим классам, решил ,что понтовее быть плохишом.

Иногда он приносил в институт какие-то вещи на продажу, типа меховой женской шапки. Но как-то всё это не шло. А ещё удивлял тем, что показывал чеки из ресторанов, чтобы похвастаться большим счётом. Другой слабостью были у него пластиковые пакетики с красивыми картинками, в которых он носил лекционные тетрадки.

(продолжение следует)