grigoriyz | Раннее детство. Часть 11. (Reply)

Я помню , что ещё и в 14 , и в 15 лет я ездил в Тарусу. Этот город стал в какой-то мере моей малой Родиной. Сейчас там поставили на мой взгляд много всяких бездарных памятников замечательным поэтессам. Но это на склоне горы и город не портит. Центральная часть города осталась практически той же. Я приезжал туда десять лет назад, когда был в Серпухове на свадьбе старшей дочери.

В 14 лет мы остановились с отцом в зелёном сарайчике рядом с домом тёти Кати. Отец ворчал, что взяла она с нас за постой как на югах, кажется трёшку в день. В сарайчике летом было совсем неплохо. Но помнится раньше как раз хозяева жили в сарайчике, а мы в доме. Но сейчас нас было только двое. Год выдался грибным, мы съездили с тётей Катей в Латынино и белых грибов там вылезло в таком количестве, что мы сняли обувь дабы их случайно не раздавить. Потом тётя Катя затопила для нас печку и мы эти грибы аккуратно высушили. Какой же аромат стоял по дому! А дом у тёти Кати был напополам с матерью, крепкий из крупных брёвен. Кто-то нам потом рассказал, что отец у тёти Кати работал лесником. Грибы эти сушёные мы потом привезли в Москву, положили в марлю и бабушка из них варила нам суп в течение нескольких лет.

В 15 лет я в Тарусе останавливался вместе с маминой старшей сестрой и её дочерью Асей, которая вообще-то была маминой ровесницей, но мне приходилась двоюродной сестрой, что очень льстило. Это был дом какой-то Марии Ивановны, милой в общем-то старушки. Я жил в отдельном флигеле, где обычно размещалась жилица, какая-то молодая девушка, уехавшая в отпуск. У неё лежала стопка писем от молодого человека. Как же мне хотелось их прочитать! Но я взял себя в руки и даже не дотронулся. В те годы я обожал Высоцкого и практически к каждому случаю находил цитату из его песен, что мох родственниц очень забавляло.

Однажды мы пошли на Оку, я там плыл по мелководью и задел коленкой раскрытую ракушку. В итоге получил два глубоких, словно от ножа пореза. Коленка развалилась в разные стороны. Слава Богу Ася быстро сообразила связать мне коленку моими плавками. Так я и пошёл домой. А там хозяйка посоветовала не идти в больницу, а положить какие-то простые травы и перевязать. Ей это когда-то помогло, когда она порезалась косой. Мне в итоге вроде бы тоже. Но порезы остались на всю жизнь. В школе я потом, помнится, рассказал ,что вступился перед хулиганами за девушку и меня два раза пырнули ножом (я отбивался ногами). Все посмотрели на меня с уважением.

Ещё в то лето запомнилась какая-то вечеринка у Браговских. Мы в большей мере приятельствовали с маленьким шустрым Петей. Его сестра (та самая Аня, которая ходила заниматься к Валерии Александровне французским и дразнила меня) превратилась в красавицу. Она недавно стала студенткой Строгановского училища. Я там пил какое-то красное сладкое вино и был доволен жизнью.

А ещё на две недели мы с отцом поехали в дом отдыха "Отличник". Как-то так сложилось, что вместе с нами совершенно независимо туда поехал муж тётки (папиной сестры) Витя. Так что было уж совсем весело. Младшая сестра отца Оля вообще -то числилась вместе с семьёй в большой коммуналке. Но довольно часто они жили в квартире бабушки Тани (бабушки по отцу). Жили они от нас в нескольких станциях метро. Дом их находился между станцией метро Профсоюзная и Академическая. Я вообще любил ходить туда в гости и видеть много народа из родни. Даже не знаю почему: то ли я уже с детства был компанейским, то ли мне просто тогда было скучно. В какой-то момент мы с Витей довольно неплохо сошлись. Но потом я понял, что он из тех бесхарактерных людей, которые способны свершить любой поступок. Сейчас их семья уже многие годы проживает в Праге. Витя уже совсем старый и у него болезнь Паркинсона.

В этом доме отдыхе было хорошо тем, что чуть ли не каждый вечер там устраивались танцы с живой музыкой. Несколько ребят играли на электрогитарах. Там среди прочего я узнал песню Кукина "Заиграла в жилах кровь коня троянского" (песня называется "Гостиница"). Никогда не думал, что под Кукина можно танцевать. Помнится там была какая-то молодая женщина крановщица, у которой дома остались муж и дети, но ей хотелось в жизни большего: она крутила романы. В советское время дом отдыха для многих становился отдушиной, которую ждали весь год.

Ещё там была одна красотка, которой как раз никто был не нужен. Но мужики разного возраста к ней клеились толпами. На удивление она оказалась доброй девушкой и никого не отшивала, хотя и держалась на подобающей дистанции.

Кроме всего прочего выдалась женщина с короткой стрижкой лет тридцати семи. Я её сперва принял за мальчика. Она, как оказалось , играла в шахматы и была вполне себе по-светски компанейской. Помнится ,когда она рассказала как с мужем ухаживает за какой-то большой собакой, Витя бестактно заметил: "Лучше тогда уж детей завести!"

Однажды мы все месте поехали пообедать в ресторан с шампанским. Не знаю с чего вдруг и не помню уже как мы туда добирались, но хорошо помню ,что ресторан оказался стилизованным под избушку и назывался "Русь". Много позже я узнал, что это была резиденция самого Япончика. А мы там днём спокойно себе так пообедали.

В 16 лет мы ездили летом во Фрязево, а в 17 лет в Удельную, но об этом у меня есть отдельные рассказы.

Под самый уже конец нашего пребывания в коммунальной квартире по адресу "Савельевский переулок , дом 9 , квартира 22" (родители выдрессировали меня помнить этот адрес наизусть на случай ,если заблужусь или просто потеряюсь) я прошёл вступительный экзамен в английскую спецшколу. Другие мальчики из нашего двора не прошли: не могли ответить чем люк от лука отличается. Но всё это было совершенно бесполезным так как уже было ясно, что жить мы там не будем и школа у меня сперва будет простая средняя, а потом с бандитским уклоном.

Ещё навсегда запомнилось, что папа из основания высокого детского стульчика сбил мне ящик для игрушек и покрасил в фиолетовый цвет. Жил у нас этот ящик многие годы, даже по самому последнему адресу. А уже, когда мне стукнуло лет 10 -11 он мне сколотил модную в те годы у ребят тачку - три сбитых доски треугольником, в каждом углу которого стоял подшипник. А по середине крепилась ещё одна палка с обструганными для рук концами для управления. Если бы вы знали как я мчался на этой тачке с горы вдоль улицы Профсоюзной!